Ежегодно в День независимости в резиденции президента Израиля проходит торжественная церемония в честь 120 военнослужащих ЦАХАЛа, удостоенных почетного знака президента. Высокая награда вручается главой государства Шимоном Пересом, в церемонии участвуют премьер-министр Биньямин Нетаниягу, начальник генерального штаба Бени Ганц, генералитет, почетные гости.

Среди тех, кто удостоен награды в этом году – 25-летняя капрал полевой разведки Анжелика Петросян. Она репатриировалась из Самарканда всего три года назад. Живет в Беэр-Шеве. В беседе с корреспондентом, Анжелика призналась, что решение репатриироваться для нее неразрывно связано с решением пойти служить в армию. О том, за что ее удостоили высокой награды, капрал рассказывать отказалась.

Не было страшно начинать сначала?

Знаете, я против того, чтобы слишком долго думать. Главное – просто начать. Вначале было сложно с языком, я чувствовала, что репатриантов в Израиле не очень любят. Но когда я призвалась в армию, когда у меня появились друзья из местных, то я стала частью общества, стала лучше понимать людей. Взять хоть то же настороженное отношение к олим хадашим… Мы обижаемся, что нас не любят, но готовы ли мы сами быть частью общества?

Я с детства стремилась призваться, а репатриировавшись в Израиль, поняла: чтобы почувствовать себя дома, нужно отслужить в армии. А приехала я так поздно потому, что хотела закончить университет. Как только я его закончила, то купила билет и буквально на следующий день приехала в Израиль.

Меня удивили ваши слова о том, что иврит вам дался нелегко, поскольку, как я знаю, вы обладаете незаурядными способностями к языкам.

Я знаю девять языков: узбекский (поскольку я родилась в Узбекистане), таджикский (поскольку там говорили и на нем), фарси (потому что у меня были друзья – этнические иранцы), иврит, русский, английский, французский, японский (выучила в университете) и армянский – на нем говорят дома.

А на каком языке вы думаете?

Когда я в армии, то на иврите, и хотя русский – мой родной, если мне надо говорить о том, что происходит в армии, то я все время перевожу с иврита. Кстати, поначалу, когда иврит не давался, помогли командиры – переводили, поддерживали. Я им очень благодарна.

Почему армия не воспользовалась вашими знаниями языков?

Вначале я действительно призвалась как специалист по языкам, но для этого я должна была прожить в стране не менее трех лет. Я была всего полгода, так что не получила допуск. Но я не жалею, очень рада тому, где служу и кем стала.

Можете ли вы нам рассказать, чем занимаетесь в армии? Я слышал, что вас особо отметили после того, как палестинские террористы пытались проникнуть на территорию израильских населенных пунктов, когда были обезврежены несколько туннелей… Наверное, вас не просто так наградили почетным знаком президента?

В принципе, нет. Могу сказать, что я сижу на северной границе сектора Газы, и если там происходят какие-то события, мы пытаемся их предотвратить. Наша работа заключается в том, чтобы предотвращать теракты. Мы круглосуточно наблюдаем за территорией сектора, за нашей территорией, чтобы их не допустить. Могу сказать, что один такой теракт с помощью девушек-наблюдателей и поднятых нами по тревоге войск мы предотвратили. А подробностей, к сожалению, не будет.

Наша работа очень сложна. В основном, здесь служат девушки – у них больше терпения. Ведь 16 часов сидеть напротив компьютера, ни на секунду не отводя взгляда – очень сложно. Но после первых успехов, первых предотвращенных терактов ты ощущаешь такое удовлетворение от своей работы, что трудности становятся практически незаметными.

Задаетесь ли вы вопросом, что будете делать после армии?

Я хочу остаться в армии. Если не удастся, буду искать себя в языковой сфере. Хочу заняться второй степенью, пойти изучать дипломатию. Но это – если не получится остаться в армии. Ведь и наша работа, в общем, крайняя степень дипломатии. Если профессиональным дипломатам не удается договориться, то приходится вступать в дело нам.

Ваша семья осталась в Узбекистане. Знают ли близкие о том, чем вы занимаетесь в армии, о том, что вас наградили?

Знаете, они негативно относятся к моему пребыванию в Израиле. Они думают, что здесь война, что все живут в бункерах, что для солдат нет никаких условий. Они привыкли к советскому отношению к армии и солдатам, не осознают, что в нашей стране быть солдатом почетно, что у нас совсем другие условия службы – военнослужащим делают подарки на праздники, регулярно отпускают домой. Они полны предрассудков, и переубедить их очень сложно. Как только что-то показывают по телевизору, они очень переживают. А узнав о награде, они были в шоке. По-моему, они до конца так и не поняли, за что меня наградили. Я же им не рассказываю, что делаю, говорю, что кофе для офицеров готовлю.

Беседовал Павел Вигдорчик (Newsru.co.il)